7 июля 2025 года в России был принят закон № 214-ФЗ, который вступает в силу 4 января 2026 года и вносит значимые поправки в IV часть Гражданского кодекса. Его главная цель — сделать защиту интеллектуальной собственности более жесткой, прозрачной и предсказуемой. По сути, новый закон предоставляет правообладателям более мощный и понятный инструмент борьбы с пиратством и контрафактом, упорядочивая подход к взысканию компенсаций за нарушение авторских и смежных прав, прав на товарные знаки, патенты и другие объекты ИС.
Ключевым нововведением стала по-настоящему системная «статья-инструкция» по компенсациям — новая статья 1252.1 ГК РФ, которая унифицировала подходы к определению их размера. Закон закрепляет три основных способа расчета: фиксированную сумму в установленном диапазоне (например, от 10 тыс. до 10 млн рублей за нарушение авторских прав), двукратную стоимость контрафактных товаров либо двукратную стоимость лицензии, рассчитанной по рыночным ценам. Таким образом, отсутствие необходимости доказывать размер убытков получило закрепление в отдельной статье ГК, что значительно упростило доступ правообладателей с любым уровнем знаний в области юриспруденции к защите своих прав, поскольку ранее данные правила содержались в разрозненных законодательных актах, что вызывало трудности у неюристов.
Особое внимание уделено и сложным ситуациям, когда в одном товаре или продукте совмещено несколько результатов интеллектуальной деятельности — например, программное обеспечение, дизайн и логотип. В таких случаях суд теперь должен будет определять единую компенсацию в пределах установленных законом рамок, а не механически суммировать санкции за каждое нарушение. Это призвано предотвратить чрезмерные, несоразмерные взыскания. Существенным изменением стала и возможность взыскания компенсации солидарно с нескольких участников цепочки — производителя, импортера, продавца. Любое из этих лиц может быть обязано выплатить сумму полностью, а затем уже самостоятельно взыскивать часть расходов с партнеров в порядке регресса.
Поправки затронули и формулировки действующих норм, добавив ясности и уменьшая пространство для разночтений. Например, в статью 1252 включен новый пункт 1.1, прямо закрепляющий, что нарушением исключительного права является незаконное использование одного результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации одним конкретным способом. Такая детализация позволяет точнее определять состав правонарушения и снижает вероятность произвольного толкования.
Практическое значение изменений для разных групп участников рынка заметно различается.
Правообладатели получают не только более удобный механизм защиты, но и предсказуемость: теперь гораздо проще оценить перспективы и экономическую целесообразность обращения в суд, в том числе против небольших нарушителей. От них требуется лишь тщательная фиксация факта нарушения — скриншоты, экспертные заключения, иные доказательства, позволяющие установить факт незаконного использования.
Для бизнеса же риски существенно возрастают — как финансовые, так и репутационные. Поскольку теперь ответственность может наступать солидарно для всех участников цепочки, даже компания, не участвующая напрямую в производстве контрафакта, рискует оказаться ответчиком и нести полную сумму компенсации. Это требует пересмотра подходов к управлению рисками: ужесточения контроля поставщиков, получения подтверждающих лицензионных документов, включения в договоры четких положений о распределении ответственности и порядке регресса. Особое внимание нововведениям должны уделить онлайн-площадки, которым предстоит усилить технические и организационные меры по выявлению и предотвращению размещения пиратского контента и контрафактных товаров.
В перспективе новый закон станет значимым шагом к повышению качества и эффективности защиты интеллектуальной собственности в России. Он устраняет разрозненность норм, вводит ясные ориентиры для судов и правообладателей, формирует более предсказуемую правоприменительную практику. Однако развитие ситуации будет зависеть от того, насколько гибко суды смогут применять новые правила, определяя справедливый размер компенсации — не допускающий ни символических, ни разорительных санкций. В ближайшие год-два можно ожидать активного роста судебных исков со стороны правообладателей, а также появления новых разъяснений Верховного Суда, которые будут направлены на уточнение сложных вопросов и формирование устойчивой судебной практики в новой правовой реальности.
Источники
1. Федеральный закон от 07.07.2025 № 214-ФЗ «О внесении изменений в часть четвертую Гражданского кодекса Российской Федерации» https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_509330/
2. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть четвертая) от 18.12.2006 № 230-ФЗ (ред. от 23.07.2025) https://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?from=200850-0&req=doc&base=LAW&n=510631&rnd=oE3l1w#YNMIZ3VbwKlhpPn6
3. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_323470/
4. Аналитический обзор «Федеральный закон, корректирующий часть 4 ГК РФ в отношении вопросов интеллектуальной собственности» https://www.agp.ru/analitika/federalnyy-zakon-korrektiruyushchiy-chast-4-gk-rf-v-otnoshenii-voprosov-intellektualnoy-sobstvennost/
5. Новоселова Л.А. Компенсация за нарушение исключительных прав: основные тенденции развития// Вестник ФИПС. 2024. Т. 3. № 3 (9). С. 220 – 231 https://www.vestnikfips.ru/upload/iblock/016/4j2es8gf1tkqgfc48j9w7g9y2gnnuwvl.pdf
Ключевым нововведением стала по-настоящему системная «статья-инструкция» по компенсациям — новая статья 1252.1 ГК РФ, которая унифицировала подходы к определению их размера. Закон закрепляет три основных способа расчета: фиксированную сумму в установленном диапазоне (например, от 10 тыс. до 10 млн рублей за нарушение авторских прав), двукратную стоимость контрафактных товаров либо двукратную стоимость лицензии, рассчитанной по рыночным ценам. Таким образом, отсутствие необходимости доказывать размер убытков получило закрепление в отдельной статье ГК, что значительно упростило доступ правообладателей с любым уровнем знаний в области юриспруденции к защите своих прав, поскольку ранее данные правила содержались в разрозненных законодательных актах, что вызывало трудности у неюристов.
Особое внимание уделено и сложным ситуациям, когда в одном товаре или продукте совмещено несколько результатов интеллектуальной деятельности — например, программное обеспечение, дизайн и логотип. В таких случаях суд теперь должен будет определять единую компенсацию в пределах установленных законом рамок, а не механически суммировать санкции за каждое нарушение. Это призвано предотвратить чрезмерные, несоразмерные взыскания. Существенным изменением стала и возможность взыскания компенсации солидарно с нескольких участников цепочки — производителя, импортера, продавца. Любое из этих лиц может быть обязано выплатить сумму полностью, а затем уже самостоятельно взыскивать часть расходов с партнеров в порядке регресса.
Поправки затронули и формулировки действующих норм, добавив ясности и уменьшая пространство для разночтений. Например, в статью 1252 включен новый пункт 1.1, прямо закрепляющий, что нарушением исключительного права является незаконное использование одного результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации одним конкретным способом. Такая детализация позволяет точнее определять состав правонарушения и снижает вероятность произвольного толкования.
Практическое значение изменений для разных групп участников рынка заметно различается.
Правообладатели получают не только более удобный механизм защиты, но и предсказуемость: теперь гораздо проще оценить перспективы и экономическую целесообразность обращения в суд, в том числе против небольших нарушителей. От них требуется лишь тщательная фиксация факта нарушения — скриншоты, экспертные заключения, иные доказательства, позволяющие установить факт незаконного использования.
Для бизнеса же риски существенно возрастают — как финансовые, так и репутационные. Поскольку теперь ответственность может наступать солидарно для всех участников цепочки, даже компания, не участвующая напрямую в производстве контрафакта, рискует оказаться ответчиком и нести полную сумму компенсации. Это требует пересмотра подходов к управлению рисками: ужесточения контроля поставщиков, получения подтверждающих лицензионных документов, включения в договоры четких положений о распределении ответственности и порядке регресса. Особое внимание нововведениям должны уделить онлайн-площадки, которым предстоит усилить технические и организационные меры по выявлению и предотвращению размещения пиратского контента и контрафактных товаров.
В перспективе новый закон станет значимым шагом к повышению качества и эффективности защиты интеллектуальной собственности в России. Он устраняет разрозненность норм, вводит ясные ориентиры для судов и правообладателей, формирует более предсказуемую правоприменительную практику. Однако развитие ситуации будет зависеть от того, насколько гибко суды смогут применять новые правила, определяя справедливый размер компенсации — не допускающий ни символических, ни разорительных санкций. В ближайшие год-два можно ожидать активного роста судебных исков со стороны правообладателей, а также появления новых разъяснений Верховного Суда, которые будут направлены на уточнение сложных вопросов и формирование устойчивой судебной практики в новой правовой реальности.
Источники
1. Федеральный закон от 07.07.2025 № 214-ФЗ «О внесении изменений в часть четвертую Гражданского кодекса Российской Федерации» https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_509330/
2. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть четвертая) от 18.12.2006 № 230-ФЗ (ред. от 23.07.2025) https://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?from=200850-0&req=doc&base=LAW&n=510631&rnd=oE3l1w#YNMIZ3VbwKlhpPn6
3. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_323470/
4. Аналитический обзор «Федеральный закон, корректирующий часть 4 ГК РФ в отношении вопросов интеллектуальной собственности» https://www.agp.ru/analitika/federalnyy-zakon-korrektiruyushchiy-chast-4-gk-rf-v-otnoshenii-voprosov-intellektualnoy-sobstvennost/
5. Новоселова Л.А. Компенсация за нарушение исключительных прав: основные тенденции развития// Вестник ФИПС. 2024. Т. 3. № 3 (9). С. 220 – 231 https://www.vestnikfips.ru/upload/iblock/016/4j2es8gf1tkqgfc48j9w7g9y2gnnuwvl.pdf